«Кто такой эксперт»

Документ по итогам коллективной деконструкции

… найти опоры в своей экспертности;
… ощутить, как можно оставаться экспертом, занимая неэкспертную позицию как нарративного практика;
… почувствовать атмосферу сообщества;
… увидеть альтернативы позиционирования себя как эксперта;

С таким внутренними надеждами мы приступили к сбору идей относительно экспертности.


Отвечая на вопросы «Кто для нас эксперт? Что такое экспертность?», мы обнаружили:

- Эксперт тот, кто знает теорию и умеет применять ее на практике;

- Эксперт тот, кто знает ответы на все вопросы;

- Правильное образование есть база. Богатейший опыт. Когда признают экспертом другие люди. Тот, кто способен создать что-то новое;

- Экспертность - это соотношение теории и практики. Если бы можно было бы измерить, то для меня единица измерения экспертности в часах;

- Эксперт тот, кто никогда не ошибается;

- Эксперт - тот, у кого 10 или более дипломов;

- Эксперт это тот, кто может решить задачу, которая для большинства кажется сложной;

- Эксперт тот, кто уверенно выглядит и говорит;

- Эксперт тот, у которого много подписчиков в соцсетях, свои курсы, вебинары;

- Эксперт тот, кто всегда знает, что делает и зачем;

- Эксперт тот, кто работает со всеми темами без исключений и знает на них "правильные" ответы;

- Экспертность это принадлежность к определенному экспертному сообществу.
-эксперт тот, кто работать с разными типами клиентов, для него нет тяжелых клиентов;

- Экспертка – та, что видит общую картину и готова делиться знаниями с теми, кому это актуально.
- Эксперт лучший в какой-то сфере деятельности, благодаря жизненному опыту либо знаниям, полученным или применяемым им;

- Важно, чтобы другие люди считали человека экспертом, а не он сам. Экспертом человек может быть вне зависимости от своего возраста;

- Экспертность, в том числе, может проявляться в среде молодых матерей или садоводов-любителей, это по сути наработанная опытом экспертность;

- Эксперт (в нарративном ключе) - человек, который знает тему изнутри. Как собеседник нарративного практика, который сам эксперт в своей жизни и проблемах.

После обсуждения идей об экспертах мы начали размышлять о доверии. Как связаны доверие и экспертность?

Если нет доверия, то экспертность человека пропадает?

Карепова Екатерина:
С одной стороны мне очень важно доверие специалисту, а с другой я ощущаю, когда практикую некое давление этого недоверия. В плане того, что иногда ощущается, что если ты эксперт, ты должен завоевать доверие. Вот тут немного зыбкая для меня почва и вопрос: насколько моя экспертность зависит от внешней оценки?

Анна Бурова:

Хочу откликнуться Екатерине. Недавно обсуждали с выпускницами из нарративной мастерской, что ты молодой и вроде бы итак для человека не эксперт, тут еще и позиция в подходе не экспертная. Хочется больше стабильности, понимать, когда пора давать знание и мнение, а когда нет. Давать знания исходя из опыта. Не знаю, как клиент будет воспринимать нашу работу, если я не дам каких-то экспертных рекомендаций.
Алена Соболева:
У меня к эксперту есть изначальное доверие. Как будто если он эксперт, он точно знает, что и как нужно делать. Но доверие может и пропасть в процессе взаимодействие. А вместе с ним и уверенность в экспертности человека
Анна Бурова:
Доверие, наверно, тоже, но для меня большее значение играет скорее некоторая прозрачность его действий, рассуждений, иначе он, скорее, фокусник, и совсем другое отношение
Алишер Имомов:
Я спрашиваю у клиентов, хотят ли они услышать мое мнение. И если говорят, эксперт ли в этом, то я отвечаю, что у меня есть опыт работы там и там, но я проговариваю, что я не эксперт в жизни человека, но имею опыт в работе с той или иной проблемой.

В ходе дальнейшего обсуждения мы затронули тему нашей внутренней экспертности.

Даниил Лебединцев: Наша неэкспертность - это больше внутренняя история, чем внешняя. Если мы не эксперты, клиент ищет того, кто эксперт в его глазах. Может быть, и не стоит рушить этот образ в его глазах (нет-нет, я не эксперт, я такой же простой парень как ты). Я за то, чтобы ты рос сам. Я не знаю, как правильно, а даже если и знаю, я не скажу.

Алишер Имомов: Даниил, соглашусь, а еще добавил бы, я могу вам озвучить как жить, но не факт, что это подойдет клиенту.

Карепова Екатерина: Эксперт - про внутреннюю уверенность - очень откликается! И для этой уверенности нужны опоры. Интересно было бы порассуждать про эти опоры, поискать их!

Светлана Петрик: Поймала себя на мысли про то, о чем мы говорим: про себя как образ профессионала-эксперта, либо про позицию в рамках проведения консультации. Если мы говорим, про «я не эксперт в жизни человека» – это наш инструмент, которым мы работаем, такой же как карты.

Дина: Каждый клиент приходит к нам со своим представлением экспертности, с тем, что он от нас ждет. Еще есть такое понятие как компетентность. Хотелось бы подумать, в чем разница между понятиями экспертность и компетентность.
А еще на меня влияет идея, что эксперт - он устойчивый.

Светлана Петрик: Компетенции – знания, навыки, умения. Компетентность – уровень использования, умение пользоваться. Мне кажется, что экспертность, про которую мы говорим – это скорее про компетентность.

Евгения: Эксперт - это мужчина. Мы даже говорим "эксперт - он", "эксперт - тот". Когда мы говорим "профессор", мы видим мужчину. Я хотела отметить, что для меня, как для женщины, важно этот образ деконструировать и преодолеть.

На этом мы поставили запятую в обсуждении идей экспертности и далее перешли к практике групповой деконструкции.


Если вам хочется еще больше насытить пул идей об экспертности, их истории и трансформации, рекомендую прочитать статью «Изменение социальной роли экспертного знания» В. Полякова.

Практика групповой деконструкции.
Часть 1.

Деконструктивные вопросы помогают людям распаковать свои истории или увидеть их под другим углом зрения так, чтобы стало очевидно то, как они сконструированы. Многие из деконструктивных вопросов побуждают людей помещать свои нарративы в более обширные системы и развивать их во времени.

Джилл Фридман и Джин Комбс

Идея групповой деконструкции заключается в том, чтобы через расспрашивание человека, задавая вопросы к дискурсу, которой на него влияет, посмотреть идеи других участников по-новому. Я, Настя Сенченко, была в роли интервьюера, а Вика Сафронова согласилась побыть рассказчиком и поделилась идеей для исследования: «У эксперта должно быть правильное образование, база». Ниже текст нашей беседы.
Настя: Вика, скажи, пожалуйста, когда ты впервые познакомилась с этой идеей, что нужна база?

Вика: В школьном возрасте, когда тебе уже родители заранее прописали: школу закончишь, а потом пойдешь в университет, там ты получишь специальность, и это будет начало твоего профессионального пути. Тебе нужно получить определенные знания, чтобы можно было работать и развиваться в определенной сфере. Диплом — это показатель того, что тебя принимают в сообществе экспертов, как будто на тебя поставили печать «approved» - этот человек проверен, что-то знает.

Настя: Печать и признание, да, ты что-то можешь. Насколько эта идея живая в жизни?

Вика: В реальности, когда я получила диплом, гарантий не прибавилось, наоборот, даже больше неуверенности появилось, как будто ты должен теперь соответствовать. Идея подходит, когда диплом может быть приободрением, поддержкой (у меня есть диплом, я же что- то знаю, я проходила путь)

Настя: Эта идея была всегда? Как тебе кажется, когда исторически она появилась?

Вика: Вспоминаются подмастерья, учитель передавал знания ученику, это своеобразный фундамент. Передавалось изначальное знание. А сейчас диплом как подтверждение, что тебе были переданы знания и что ты освоил эту базу.

Настя: Вика, спасибо. Давай приостановимся и обратимся к идеям других участников.

За нашей беседой наблюдали другие участники. Что им откликнулось? Что вызвало интерес? Какие идеи пришли?

Карепова Екатерина: Даа, дипломы. Но даже когда диплом появляется, начинает казаться, что этого недостаточно, нужен другой диплом, более дипломный, или, наоборот, более узкий

Татьяна Валиева: Более дипломный диплом)))) В точку!

Ольга Валерьевна Аронова: Диплом - это хорошо, но его наличие не всегда отражает качество полученных знаний. Имею в виду, что иногда диплом получают ради диплома, чтобы был. По-видимому здесь как раз чувствуется влияние идеи о том, что диплом дает гарантию компетентности.

Даниил Лебединцев: Вспоминаю своих одногруппников на психфаке - половина вообще не понимала, зачем они там, вот за дипломом и пришли, при этом уже было образование высшее. Я помню, как все дружно скидывались на взятки преподавателям и смотрели волком на меня, что я сам все сдавал. Так что для меня лично вузовский диплом вообще не показатель. Вся фишка терапии именно в дополнительном узкоспециальном, направленном на практику образовании.

Кристина Репина: Для меня диплом не гарант компетентности специалиста вообще, гораздо важнее допобучения. А если есть только диплом, я немножко с недоверием смотрю на практика, зная про почти 0 уровень практики в вузах, хотя везде, конечно, по-разному может быть.

Ольга Валерьевна Аронова: Речь идет скорее всего о тех, кто не видит приложения своих сил по полученной специальности. А по поводу дополнительного образования полностью согласна.

Марина Солнцева: На меня еще влияет идея о том, что "базовое образование" включает в себя "дополнительную нагрузку" обучающего идеологическими внушениями (то есть каждая институция транслирует, кроме знаний, еще и ценности и отношения власти - иногда это "втюхивается" студенту в явном виде, а иногда подспудно усваивается). Ну, как раньше во всех институтах был обязательный предмет - "история КПСС":) Не знаю, как это сейчас называется в государственных вузах.

Карепова Екатерина: Согласна про доп. обучения, но на меня влияет идея, что собеседнику важно, чтобы был и базовый диплом тоже. Хотя я на собственном опыте знаю, что больше пользы от доп. обучений, а от обучения в вузе польза есть, но не настолько :)

Евгения: Как вы отнесетесь к человеку с дополнительными образованиями, но без вузовского диплома? Со строительным дипломом? Вообще без высшего образования?

Анна Туниянц: Если я совершенно ничего про человека не знаю, то я лично буду обращать внимание на диплом, вуз и специализацию.

Карепова Екатерина: Честно - я плохо отнесусь) Поэтому мне кажется, что и ко мне должны плохо отнестись (закончила магистратуру по психологии, но нет бакалавриата по психологии, другая специальность).

Илона: Как пользователь при поиске эксперта я в меньшей степени руководствуюсь наличием дипломов, особенно общих.

Алишер Имомов: Диплом обозначает, что ты учился получать знания в своем профиле, я сейчас говорю не про консультации, а про, например, устройство на работу, тут не только идеологическая вещь, но и показатель того, что ты "специалист" в том или ином направлении, особенно когда нет никакого опыта.

Светлана Петрик: Две мысли есть - если есть образование, но нет опыта по нему (нет доверия), и наоборот, если есть опыт-практика, но нет базового, то не хватает чего-то, чтобы быть своим среди профи (базового сленга, например, базовых концепций)

Даниил Лебединцев: С 2008 так или иначе консультирую людей, хоть бы кто-то спросил диплом:)

Светлана Петрик: Да, это скорее про наше самоощущение. В консультациях не спрашивают про это.

Кристина Репина: Для меня наиболее предпочтительный вариант это база +практикоориентированное обучение. А экспертность для меня - это знания и навыки, которые при обучении и практике появляются, какие-то темы, в которые мы погружаемся, следуя за запросами и интересами

Ольга Валерьевна Аронова: Уверена, что базовое образование у психолога быть должно. Лишь получив общие знания, я смогла понять, в каком направлении я хочу двигаться дальше. И тут как раз помогает дополнительное образование.

Анна Туниянц: По моим ощущениям бумаги (всяческие дипломы и прочее) и то, что человек говорит о своем опыте, это очень приблизительно. Для меня идеальный вариант - поговорить с человеком и в этом разговоре можно надежнее составить представление об экспертности собеседника.

Дина: Диплом психолога - это очень важный статус. Диплом открывает определенные двери. Дает социальные привилегии. Есть проф. язык и ты его должен понимать. Есть люди, которые пишут сложным языком, и я чувствую, что я должна была понять.

Даниил Лебединцев: Если убрать идею «нужно высшее образование», то прямо сейчас на Ютубе можно найти потрясающего качества лекции.
Если тебе не нужно идти в структуры, то и диплом не нужен.
Вторая штука, которую хотел рассказать. У меня окончательно упали шоры, когда я пошел учится на АСТ. Вот мы закончили первый курс, и спросили, а когда мы можем называться аct-практиком? А я после гештальта пришел, где целая система, чтобы называться гештальт-терапевтом. И нам ответили: вы уже можете называться, пожалуйста, вы часть сообщества. И я понял, что это абсолютно новое мышление. Иногда гораздо быстрее можно получить качественные знания в другом месте... Чем больше мы имеем медицины в психологии, тем сильнее идея дипломов и печатей. А чем больше мы говорим о «лечении души», то мы видим, что с этим прекрасно справляются священники, монахи, жрецы.

Дина: Кроме монахов еще бабушки в Зимбабве.

Марина Солнцева: Парадигма, которая была до современного диплома, когда мастер учил своего ученика и ученик не шел в институт, а шел к мастеру, вот как я пошла к Олесе Симоновой учиться нарративной практике, например. Экспертность - это когда ты получил какую-то инициацию от учителя. Не институция должна мне давать благословение на то, чтобы я считалась экспертом, а человек, сам мастер_ца дает разрешение внутреннее на то чтобы быть тоже экспертом_кой
Практика групповой деконструкции.
Часть 2.

ТЫ САМ ЭКСПЕРТ В СВОЕЙ ЭКСПЕРТНОСТИ

Настя: Вика, пока ты читала, слушала отклики других участников, какие мысли приходили, как тебе, откликнулось ли что-то? Как, может быть, трансформировалась идея о необходимости «базы» для эксперта?

Вика: Я сейчас думаю о внешней экспертности и о внутренней экспертности, когда внутренняя экспертность чувствует, что «ей бы хотелось получить еще диплом». Сейчас я немного успокоилась, что если для моей внутренней экспертности нужен диплом, то могу пойти и получить. Фокус экспертности на себя, понимание своих навыков и умений.

Настя: Вика, а на чем основывается понимание твоих навыков и умений?

Вика: На опыте. Ты можешь чего-то не знать, но даешь себе разрешение попробовать. Ощущение опоры на себя, на свои ценности, на честность с собой.
Мне кажется, что сначала должна быть своя внутренняя экспертность, чтобы потом транслировать вовне. Если ты сам чувствуешь себя уверенно, ты знаешь то, что можешь это транслировать и получать признание извне. Внешнее налепится на внутреннее. Дальнейшие обучения - мотивация к расширению, а не закрытию неуверенности. Сначала взрастить внутреннюю экспертность, определить, что это для тебя значит, и потом посмотреть, как я могу свое поле расширить, с какими моими ценностями это соотносится.

Настя: Вика, спасибо тебе большое за работу. Как ты считаешь, можем ли мы тут завершить?

Вика: Думаю, что да.

Обратимся к откликам наблюдающих участников и плавно переходим к общему обсуждению. Что откликнулось? Что было важно? Куда вас переместило это наблюдение?

Карепова Екатерина: Важно быть честным с самим собой.

Дина: Для меня ключевой вопрос: для чего мне нужно это образование, что я при помощи него хочу делать.

Анна Туниянц: Вот интересная мысль: постоянно чему-то учиться в моем понимании нормально и даже хорошо, а бесконечно бежать за чувством уверенности - это как-то грустно. Действия одни и те же, а переживания за ними разные...

Настасья: Мне понравилась идея, что экспертность - это не печать approved, а то, что уже у тебя есть, и ты это расширяешь. Нет чёткой планки.

Евгения: Мне метафора пришла на основе "на это налепить", что эксперт - это такой снеговичок. У него три "шара", которые постепенно на маленькие снежки налепились. Снег падает, шары скатываются, объём налепленного снега растёт. И у каждого это какие-то свои снеговые шары-компетенции в разных сферах. Все снеговики будут уникальными, не похожими один на другой.

Марина: Эксперт как динамическое равновесие. Следить за собой, чтобы мои знания не протухали, актуализировались, отсюда мотивация учиться.

Настя Сенченко: Марина, спасибо, что затронула эту тему. Для меня один из вопросов, который хотелось обсудить - можно ли перестать быть экспертом? Если положить диплом на полочку и никогда по нему не работать, то да. Важна актуализация знаний, постоянный процесс.

Светлана Петрик: Какая крутая идея - экспертность как процесс!!! спасибо за нее.

Дина: Для меня экспертность скорее движение, а не расширение. Что-то меняется внутри меня, с каждым новым взглядом, с тем, как я работаю, что-то становится другим, процесс внутренних перемен для меня экспертиза. Я думаю в последнее время, как же тяжело принять себя и свою экспертность как процесс, а не как количество знаний. Метафора расширения вызывает тревогу, я не могу понять, что я эксперт. Тревога перед необъятностью знания. Мне помогает понятие экспертности как вектора, как траектория движения.

Илона: Дина, для меня это про фокус, вся экспертиза про фокус. Не представляю эксперта во всем.

Евгения: Мы можем забывать какой-то фактический материал, но при этом сохранять свои навыки, способы реагирования, способы мышления, знания о своих собственных изменениях во времени, и это тоже экспертность, как мне кажется.

Анна Туниянц: Дина, спасибо! Экспертность как вектор - я от этого прям выдохнула внутренне.

Карепова Екатерина: У меня тоже началась тревога от необъятности знаний. Но очень нравится идея экспертности как процесса, а еще идея инициации ученика мастером, а не институцией.

Каждый и каждая после этой встречи ушли со своими собственными ответами.
Когда мы вначале перечисляли, кто такой эксперт, было ощущение, что складывается какой-то картонный образ - с виду такой недоступный, могущественный, а обойдешь сзади, и окажется, это плоский баннер вместо реальной фигуры.

В ходе нашей встречи мы вернули себе истинную экспертность - не идеальную картинку, а честное ощущение экспертности внутри.

Ты, в коричневом пальто,

я, исчадье распродаж.
Ты – никто, и я – никто.
Вместе мы – почти пейзаж.

И. Бродский

Эксперт не может существовать в одиночку. Его экспертиза без того, кто её запрашивает, всего лишь информация. В нарративном подходе мы работаем вместе с собеседником. Он приходит к нам как к экспертам по задаванию вопросов, но без его контекста, жизненного опыта, уникальной истории, картина не сложится.

Только совместно, из позиции на равных,

мы сможем нарисовать предпочитаемый пейзаж жизни клиента.