Олег Шведовский

Historic Box

Коробка Историй
Задумывая лабораторию «На стыке», мы (Олеся Симонова и Данила Макаров) опирались на три главных постулата:

1. Интеграция подходов
Традиционно в профессиональном сообществе есть жесткое разграничение: здесь только гештальт, а здесь – нарративка. Часто на конференциях и других мероприятиях сталкиваешься с ситуацией, когда как-то косо смотрят на людей, которые работают интегративно, применяя много разных подходов. У нас, наоборот, комплексная работа приветствуется.

2. Соавторство в создании методик
В большинстве своем к нам приходят практикующие специалисты, и мы приглашаем их быть соавторами процесса: узнавая о новых методиках и идеях, предлагать свое их применение, расширяя тем самым видение людей, которые их сюда приносят.


3. Безопасное место для общения и формирования профессионального сообщества нового типа.
У нас неформальная атмосфера – участники пьют чаек, едят печеньки, делятся опытом, общаются друг с другом и обмениваются контактами.
Тема сегодняшней встречи - авторская методика «Коробка историй» (Historic Box), с которой нас познакомит автор - Олег Шведовский.
Я специализируюсь в нескольких направлениях:
1. Понимающая психотерапия (подход Федора Ефимовича Василюка);
2. Процессуально-ориентированная работа Арни и Эми Минделлов;
3. Эриксоновский гипноз.

Сейчас работаю над усовершенствованием психотехнического инструментария. Методика, с которой сегодня поделюсь с вами, как раз выросла в этом русле.

Олег Шведовский
Участники лаборатории познакомились с «Коробкой историй» опытным путем, чтобы каждый из них с клиентской позиции мог на себе это прочувствовать и решить, подходит ли ему этот рабочий инструмент.

Данная методика применима везде, где есть вопросы взаимоотношений, в том числе:
1. Отношения с отдельным человеком, например, супружеские или парные, причем не только те, в которых человек находится в настоящий момент времени, но и уже закончившиеся или, наоборот, планируемые в будущем.

Это может быть не конкретная личность, а просто собирательный образ. Например, однажды с помощью этой методики я работал с женщиной над отношениями с мужчиной вообще в целом. Это тоже возможность данного приема.
2. Отношения в социальной группе, компании или организации.

Здесь методика дает возможность прояснить отношения, простроить их стратегию и целеполагание, найти новые, иногда неожиданные решения по коммуникации.

Эта методика была рождена в контакте с корпорацией, которая создает лифты. Я там работал с людьми, которых собирались увольнять, но не знали, как это сделать. Я помог этим людям найти свое место в этой структуре. В итоге их не уволили, потому что благодаря этой методике они смогли объяснить, зачем они нужны компании.
3. Отношения с миром вокруг.

Для меня это направление самое любимое и интересное, но самое сложное, требующее иногда больше времени.

Это, скорее, помощь в самоопределении, идентификации своего места в мире, и утверждение некоторой позиции, иногда не очень принимаемой на данный момент, но, тем не менее, реализуемой в повседневной жизни.
Как работать с «Коробкой историй»
Формально методика сводится к заполнению бланка рисунками и/или емкими метафорами, во время чего анализируется опыт исследуемых отношений.

Чтобы понять, как работать с этой методикой, предлагаю подробную инструкцию, которую можно потом транслировать клиентам и использовать в своей повседневной практике.
    Всю работу можно подразделить на 2 большие фазы:

    I. Деконструкция;
    II. Сборка.


    Фаза деконструкции

    У любых отношений есть некоторая история – смысловой и/или образный континуум. Эта фаза нацелена на то, чтобы одномоментно этот континуум охватить взглядом целиком. Для этого заполняются 16 ячеек (4*4) внутри зеленой рамки по временной шкале (названия столбцов).
    Столбец 1.

    Первая встреча

    Очень интимный, важный стартовый момент, когда вы впервые каким-то образом соприкоснулись с тем, с чем будете работать.

    Например, если вы исследуете отношения с миром, - это одна из наиболее чувствительных, интересных точек осознания, когда вы понимаете, что есть вы и есть мир вокруг вас. Для меня это произошло примерно в 2-2,5 года. Не помню точного возраста, но помню, как я гулял с папой по солнечному двору, и катился мячик. В тот момент я понял, что есть я и есть мир. Для меня это так запечатлелось.

    Может быть, в вашем опыте тоже есть какая-то мифологема, легенда, или конкретное знание и опыт того момента, когда вы впервые соприкоснулись с тем, с чем вы будете работать.

    Если это компания, то не обязательно это момент, когда вы туда пришли. Некоторые из нас никогда не будут работать в Сбербанке, но даже когда мы учились в школе, мы знали, что бабушка, дедушка или папа ходят в Сберкассу и что-то там делают. Это уже порождало у нас какие-то фантазии. Поэтому момент первой встречи – это тот момент, когда вы впервые начали составлять картину о том, с чем будете работать.
    Столбец 2.

    Прошлое

    Это время, которое проходит между моментом первой встречи и настоящим.

    Прошлое бывает очень длинным и совсем коротким. Иногда возникает ощущение непосильности уместить все прошлое в 4 элемента бланка. Когда вы будете работать со столбиком «Прошлое», я предлагаю думать об этом, как о кино, у которого есть определенный жанр и завершенная фабула. Вы и тот, другой - герои этого фильма. Попробуйте зафиксировать основную идею, которую этот фильм может собой нести.
    Столбец 3.

    Настоящее

    Самый простой столбец – это то, что происходит с отношениями сегодня.

    Здесь имеется в виду психологическое настоящее, про что люди обычно говорят: «На сегодняшний день у меня…» Это не обязательно текущий момент или сегодняшний день, этот период может простираться на несколько дней или недель назад (или вперед). У каждого из нас есть свое психологическое «сегодня», в котором мы находимся в рамках выбранных отношений.
    Столбец 4.

    Будущее


    В данной методике может конструироваться по-разному.

    Вы можете использовать соавторскую или авторскую позицию, вообще по-своему все это применять. Я использую для заполнения этого столбца 2 жанра (первый проще, второй – чуть сложнее):

    • Желаемое будущее, то есть то будущее, которое вы хотели бы видеть дальше у этих отношений.
    • Предполагаемое программное (запрограммированное) будущее.

    Иногда клиенты говорят: «Я же знаю, чем дело кончится! То, что я хочу, и как будет – это совершенно разные вещи!» Иногда полезно и это тоже отразить здесь.

    Применяя эту методику для диагностики, можно использовать жанр предполагаемого будущего. Но для целительной, а не диагностической работы с отношениями, важнее все-таки работать с образом желаемого будущего.
    Бланки специально так сделаны, чтобы вы (и клиенты) могли сами фиксировать, с кем или с чем они работают. Это важная часть вхождения в пространство методики, где мы делимся с клиентом возможностью тоже включиться в конструкторскую работу.

    На «дегустации» метода в лаборатории я предложил озаглавить строки так:
    Строка 1.

    Образ себя

    В результате заполнения первой строки получится 4 образа себя в исследуемых отношениях в разрезе времени – от первой встречи до будущего.

    Здесь можно подумать о том, как метафорически или визуально (для тех, кто занимается арт-терапией, хотя это не обязательно связано с рисунком) вы представляете себя в этих отношениях.

    Например, размышляя про свою работу, человек говорит: «На сегодня я – белка в колесе – кручусь, верчусь, выпрыгнуть не могу!», или, обдумывая свою роль в паре, он описывает себя, как брошенного, оставленного ребенка.

    Это может быть образ в 2-3 словах или в рисунке - методика работает и так, и так. Есть даже вариант с калькой, которая накладывается сверху, и можно работать и с рисунком, и со словом.
    Строка 2.

    Мой замысел

    Напоминаю, что мы работаем с отношениями, поэтому ищем замыслы именно относительно этих конкретных отношений, а не жизни в целом. Понятно, что вы, скорее всего, шире, чем эти отношения.

    Я с удовольствием говорю слово «замысел», потому что, например, в корпоративных сегментах или среди людей, которые не занимаются психотерапией, это слово не очень понятно. Но я надеюсь, что вы почувствуете вкус к этому слову.

    Замысел – это не цель и не миссия, хотя связан с целью и миссией. Это некоторое предельное устремление, которое есть у человека.

    Замысел можно вычитать в том образе, который мы формулируем. Каким может быть замысел у той самой пресловутой белки в колесе? На первый взгляд кажется, что ее замысел – крутить колесо. Но если прислушаться к белке, то окажется, что она хочет оттуда выпрыгнуть: она уже очень устала, и одно из ее самых больших чаяний - наконец отдохнуть.

    Как-то работая с этой методикой с американским посольством и размышляя о том, какой у меня образ относительно этой конторы, я представил себя почему-то в настоящем как Деда Мороза. Но какой замысел у Деда Мороза? Я подумал, что одно из его главных предназначений – создавать праздник – это и есть его замысел.

    Другими словами, я хочу, чтобы вы поняли, что, размышляя над замыслом, вам нужно как бы вглядеться в некоторую даль, в перспективу найденного образа, и ответить для себя на вопрос:
    - Когда этот герой свою роль, свою функцию, свою миссию, свои качества максимально полно реализует?

    Это и можно называть словом «замысел» - то, что даже иногда ЗА мыслью, где-то в скрытом намерении.

    Здесь тоже 4 ячейки: замысел в момент первой встречи, в прошлом, в настоящем и в будущем – ведь очевидно, что наша жизнь не заканчивается сегодня, завтра будут другие замыслы, предназначения и цели. Важно выбрать то, что кажется вам правдивее.
    Строка 3.

    Образ партнера

    Здесь имеется в виду то, как вы в этих отношениях видите вторую сторону: например, образ мужа или любимого (или, наоборот, нелюбимого) человека, образ компании, в которой вы работаете или образ мира.

    Например, я видел американское посольство в образе тюрьмы: толстые стекла, много колючей проволоки и все очень сурово. Потом я изменил свою точку зрения.

    В этой методике возможны очень интересные модификации. Например, если перед вами сидят двое, то можно заполнять бланк вместе втроем: первый заполняет одну часть, второй – другую. Еще один способ, который я обычно применяю, - когда каждый рассказывает свою историю про отношения, а потом мы собираем их вместе.
    Строка 4.

    Замысел второй стороны:

    партнера, компании или мира – ни много, не мало.

    Я периодически прикладываю к себе эту методику и провожу для себя ревизию, что изменилось и куда двигаться дальше. Когда я работал со своим детством, то понял, что для меня детство – это мощный ресурс. Тогда я думал, что мир направлен на то, чтобы меня удивлять и поддерживать – это его замысел. Но потом все изменилось, и теперь я думаю про мир несколько иначе.

    Таким образом у нас получается поле из 16 ячеек. В терапии, когда вы работаете с клиентом, заполнение каждой ячейки можно обсуждать, посвятив этому 16 сессий. Вполне вероятно, что это уже даст результат и следующий этап методики не понадобится.

    Кстати, это одна из особенностей методик вообще. В отличие от принципов, ценностей и концептов, которые сложно интегрировать и создавать из них что-то цельное, фактически любые методики можно встраивать в многие пространства, если они не противоречат их принципам. Подозреваю, что психоаналитик мог бы использовать «Коробку историй» на психоаналитических сессиях, а гештальт-терапевт вполне способен работать здесь с границей контакта.

    Инструкция
    В любом произвольном порядке нужно заполнить историю ваших отношений. Я обычно предлагаю начать с очень простого вопроса о настоящем: «А кто я сегодня в этих отношениях?» и записать это в клеточку «Мой образ себя в настоящем». Дальше можно свободно двигаться в любом направлении.

    Постарайтесь выйти в некоторое образно-метафорическое пространство, и находите такой образ, который будет с вами резонировать - не то, чтобы нравиться, но находить у вас отклик. Нам не все нравится в наших историях, но то, что правда – это правда. Поэтому постарайтесь, чтобы образ был максимально правдив - это, пожалуй, главный критерий. Если есть ощущение, что ничего не менялось, попробуйте прислушаться к тонким различиям.

    Описать образ можно либо 2-3 словами, либо, если этого покажется недостаточно, с помощью маленьких рисунков. Их качество значения не имеет - иногда точка или завиток отражают вовсе не содержание, а движение или импульс. Позвольте себе здесь быть свободным и проявите свое авторство - это ваше пространство.
    На нашей встрече я предложил участникам, желающим рассказать о наблюдениях за своим опытом, поделиться и озвучить свои чувства. Иногда проговоренное становится чуть более значимым и живым, но и умолченное тоже работает.
    Участник:
    - Мне стало немножко грустно. Неожиданно для меня настоящее и первая встреча получились хорошими, а прошлое и будущее – печальными. Я о будущем в последнее время стараюсь просто не думать, потому что оно неопределенное, там очень много изменений произойдет, и я не знаю, как это будет. Во время заполнения последнего столбца я поняла, что не думаю о будущем потому, что у него достаточно мрачный и тревожный образ, близкий к тому, что я пережила в прошлом, некоторый риск.
    Олег Шведовский:
    - Напоминаю, что речь идет о желаемом будущем. Может быть, если вы желаете грусти этим отношениям, то можете принять эту ситуацию, как есть. Риск – это уже динамика.
    Участник:
    - Я осознала, что получила то, что должна получить – за что боролась, на то и напоролась. Единственная сложность была с замыслом второй стороны в прошлом. Я же со своей позиции смотрю, и не знаю, что было бы хорошо тому другому.
    Олег Шведовский:
    - Надо сказать, что мы никогда не знаем наверняка замыслы другого, и можем только конструировать их или предполагать. В этом смысле наши предположения часто являются основой для наших действий. Возможно, ваша интуиция здесь самый главный руководитель для заполнения этой части. Когда в голову приходит первая цепкая идея – может быть, есть смысл с ней поработать, если все совсем неопределенно. Логика очень полезна в ряде случаев. Мы все с вами знаем, что, когда логика заканчивается, люди идут к психотерапевту.
    Участник:
    - Для меня образ желаемого будущего – это некоторые фантазии, немножко себя покормить конфетами. Не знала, что это может быть более терапевтически. Я впервые задумалась, как я вижу замысел другого – обычно немножко демоническим и отстойным. Когда я всерьез подумала и поставила себя на его место, оказалось, что замысел у него вполне мне нравится, я совершенно иначе его увидела.
    Олег Шведовский:
    - Во всех позитивистских школах утверждается, что у всех людей хорошие устремления. Даже у вора есть благие намерения, когда он ворует.


    Фаза сборки,
    или генерация опыта, полученного на предыдущем этапе

    Эпоха
    В последней строке бланка мы даем краткое и емкое имя каждому из 4 периодов отношений аналогично тому, как красиво и значимо названы исторические эпохи (эпоха Возрождения, Серебряный век, Столетняя война, эпоха Просвещения, и т.д.) Единственное важное условие – название должно в себя непротиворечивым образом вбирать все 4 элемента столбца.

    Например, в столбце есть 4 элемента: А; Т; Ь; М. Из этих 4 букв можно собрать слово МАТЬ, а можно ТЬМА. Это говорит о том, что нет правильного или неправильного ответа. Вы можете выбрать любую комбинацию, которая вам больше откликается и точнее отображает состояние отношений в данный отрезок времени.
    Вектор

    В последнем столбце бланка фиксируются тенденции развития отношений во времени.

    Когда-то в школе на уроках литературы нас ругали за использование эвфемизмов – фразочек из дурных критических статей типа «красной нитью сквозь все произведение проходит…» Здесь нам нужно «красной нитью через все произведение» отследить связующее звено между 4 образами.

    Это может быть все, что угодно: сказочный персонаж, животное, свойство и т.д. Например, если в строке есть образы: квадрат; коровья голова; буква А; стрелка, то общим для них может быть «Угловатость». Это может быть качество, и не одно, но не увлекайтесь, выберите самое главное, стержневое, и зафиксируйте его, как результат движения.

    Иногда кажется, что общего нет ничего, все элементы очень и очень разные – круг, квадрат, треугольник. Тогда на выручку идет логика - можно сказать, что общим является «Разнообразие» или «Вариативность». Я бы здесь опирался не на сам след, а на то, что этот след оставляет. Правда все, что вы чувствуете, что это правда.
    Как у любой методики в психотерапии, у «Коробки историй» всегда есть продолжение и возможность встраиваться в поток работы. Но прежде, чем я расскажу, как это используется технологически, рассмотрим кульминацию этого метода.



    Финальный образ (тотем, символ)
    обобщает все 4 эпохи и 4 вектора предыдущих этапов

    Например, когда я использовал эту методику для того, чтобы поработать со своими отношениями с компанией, в которой я сейчас работаю, я получил 4 эпохи и 4 вектора. Дальше я задал себе финальный вопрос (вам тоже нужно задать его себе для завершения):
    - Кто или что мог бы прожить все эти 4 эпохи с опорой на эти 4 вектора?

    У меня сложилась очень интересная картинка: странный воин, у которого есть светящиеся стрелы и лук, но он ими не пользуется. Изначально этот образ мне не очень нравился, потому что мне хотелось чего-то более динамичного. Но чем больше я в него вглядывался, тем больше находил резонанс и согласие с этим образом.
    Для того, чтобы сформировать обобщенный образ, включающий в себя 8 разных, часто противоречивых элементов, предлагаю сделать следующее:

    • Немножко помедитируйте, может быть, даже прикрыв глаза, и удерживая в сознании 4 качества и 4 эпохи.
    • Разрешите себе впустить к себе этот образ – пусть он сам к вам придет, пусть он постучится к вам в дверь. Это не всегда происходит сразу: «О, да, это оно!» Иногда бывает так: «Хм… Может быть!» Но если это тот самый образ, он очень быстро войдет с вами в резонанс.
    • Когда вы найдете это «нечто», зафиксируйте его в правом нижнем углу бланка в виде слова или картинки.
    Как дальше работать с тотемом
    Если образ появился, то можно подумать над следующими вопросами:
      • Что было бы, если бы вы в этих отношениях максимально полно развивали идеи этого образа, действовали и разговаривали как он, принимали решения от лица этой фигуры?
      • С точки зрения этого образа можно попытаться взглянуть на конфликт, который вас волнует, и подумать, что бы изменилось, если бы вы суть этого символа реализовывали максимально полно, без остатка.
      • Какие ограничения есть у этого образа, чего он не может?
      • Тот, кто практикует телесные формы работы, может задаться вопросом: что бы изменилось в паттернах телесного поведения в контакте, например, походка или динамика взаимодействия, если найден образ горы (нечто стабильное и неподвижное), или, наоборот, это капля воды – пластичная и принимающая любую форму.
      • Что было бы, если бы вы поделились этим символом с партнером, сказали бы ему: «Наши отношения для меня сейчас выглядят так»? Может быть, имеет смысл опереться на это знание.

      Здесь мне бы хотелось поставить запятую. Времени не так много, чтобы обсудить все варианты. Полагаюсь на ваш опыт и способность находить с любопытством новое в каждом моменте. Впрочем, те, кто занимается психодрамой, уже знают, что делать с полученным символом.
      Сложности и риски
      Не у всех клиентов получается дойти до финала методики. У меня есть большая выборка работы в компаниях.
        По моему опыту 1-2% людей или не слышат инструкций, или не готовы им следовать. Они пишут: «Образ себя в настоящем – менеджер, образ себя в прошлом – стажер»


        Такое конкретное мышление не позволяет выйти в пространство метафорического осмысления.

        Но даже в этом случае методика позволяет хоть что-то дать – просто задачи становятся другими. Это не танец тотема или символа, а первичная метафоризация на первом уровне, но это тоже иногда бывает полезно.
        Участник:
        - А если у человека очень негативный образ себя или он не видит будущего – есть риск давать такую методику?
        Олег Шведовский:
        На любые вопросы, на которые можно ответить да или нет, я обычно отвечаю да. В данном случае да, риск есть. Вообще, что такое методика? Это маркер, и в этом смысле ваш вопрос не про методику, а про вашу профессиональную готовность увидеть, как приложить эту методику к конкретному случаю.
        Могу сказать, что я не смотрю на людей, как на пациентов, поэтому в моем случае я рискую отношениями. Вообще методика – это риск для отношений, просто потому, что мы встаем в такое взаимодействие с клиентом, где мы знаем, как правильно, а он за этим следует, что бы мы не делали – рисовали домики, танцевали, давали любые инструкции.

        В этом плане это риск, потому что это методика. Других рисков в моем опыте я не знаю. Но если говорить о рисках, то я бы подумал о том, как вокруг этой методики, если уж хочется ее применить (это тоже вопрос – почему хочется) выстроить систему безопасности: точки входа в методику, точка выхода из методики, объяснение клиенту, зачем он туда идет. Тут простой соломкой не обойдешься.

        Конечно, к нам иногда приходят люди, которые начинают с того, что у них очень тяжелое состояние и они не видят будущего. Для них любой вопрос о будущем отзывается болью. Но если бы наши клиенты видели хорошее будущее, то они бы к нам не приходили.
        На этот случай у методики есть маленькая хитрость – колесико, которое вы можете тихонечко подкрутить – не спонтанно заполнять бланк, а делать это как бы набирая обороты от прошлого к настоящему и будущему.

        К моменту, когда ¾ бланка заполнены, возникает инерция и происходит два скрытых, но очень важных процесса относительного прошлого опыта:
        1. Принятие;
        2. Контейнирование.
        Наша задача конечно же не спорить здесь, что правильно, что нет – и это так, и это так. По мере роста инерции у человека довольно часто возникает просто потребность как-то будущее выразить.
        Вторая маленькая хитрость – еще одно колесико, которое можно подкрутить – это вопрос о масштабе будущего, с которым вы работаете. Мы можем заглянуть на 5 лет или на 5 минут вперед, а можем даже на секунду.

        Масштаб имеет значение – какое-то будущее точно есть. Если это, конечно, не пациент из старого анекдота, который говорит:
        - Доктор, я труп!

        Доктор хватает иголку, втыкает ему в руку:
        - Смотрите, у трупов не идет кровь!
        - Слушайте, а я и не знал! Оказывается, и у трупов идет кровь!
        Участник:
        - Если человек действительно не видит будущего, возможно ли сначала прочертить вектор, то есть заполнить 3 первых столбца, обозначить вектор, а потом вернуться к столбцу будущего?
        Олег Шведовский:
        - Как я уже говорил, да, возможно. Еще раз – для меня этот вопрос не про методику. В рамках этой методики мы можем сконструировать любую реальность, и использовать ее по-разному. Вопрос – зачем? То есть мы начинаем хотеть, чтобы человек получил этот тотем – символ. Зачем? Почему нам так важно, чтобы эта методика была сейчас сделана?

        Я бы поработал сначала с самим собой, как обычно делаю я. Вообще в терапии я не так часто достаю методики. Это довольно экстремальный случай. Больше использую их в групповой работе, где есть более узконаправленная задача, когда по-другому нельзя. Тогда я включаюсь любым доступным конструкторским способом.
        Участник:
        - Я услышал, что можно выстраивать отношения и некое будущее и с тем, с кем расстался. Я правильно понимаю, что это служит каким-то образом принятию клиентом того, что отношения невозможны, или про что-то другое?
        Олег Шведовский:
        - Это может быть очень про разное. Я бы сказал так, что самая главная идея заключается в том, что даже если мы расстались, отношения продолжаются. Помните, у Бейтсона есть очень интересный пример в подтверждение этому.
        Человек летит в самолете и от всех отворачивается. Это очень мощный коммуникативный сигнал. Вроде бы он ни с кем не в отношениях: «Нет-нет, что вы! Я не хочу!» - но это тоже отношение, причем очень сильное.

        Даже когда я на одном конце вселенной, между нами 93 млрд световых лет, и мы никогда не встретимся – представьте это пространство! – это же супер-тотем «никогда»!

        Бывает очень полезно признать, что между мной и, например, тем, кто причинял мне боль, есть это пространство. Это здорово - отсюда, с этого безопасного берега я уже могу завершать эти отношения или продолжать их как-то иначе. Здесь есть довольно большой потенциал.
        Я бы сказал так – отношения продолжаются, хотим мы того или нет, внутри нас. Если говорить про более высокий порядок «Коробки историй», то личность контакта, которая здесь возникает, - это нечто, что говорит нам о концепции, которая заложена в методике.

        Мы есть не просто индивидуумы, которые всего лишь присутствуют в этом мире со своим эго. Это очень здорово, но у нас есть еще нечто, что не просто нас определяет – то, что всегда в каком-то смысле держит нас на связи с другими.

        Вокруг нас существует огромная сеть, в которую мы встроены: наши мамы и папы, пациенты и другие близкие и не очень люди, и, что важно, связи с ними влияют на нас.
        Рано или поздно мы признаем присутствие этих связей в нашем опыте, в нашей личности. Эта методика направлена именно на это: «У нас есть связи» - говорит она.
        Участник:
        - Не пытаюсь тебя поймать, понимаю, что, возможно, это два разных смысла. Ты сказал, что клиент может хотеть завершить эти отношения, и что, может быть, стоит их завершить, а потом - что отношения завершить невозможно. Ты не мог бы немножко раскрыть смысл этого: как можно завершить отношения, если их завершить невозможно?
        Олег Шведовский:
        - Это действительно парадокс, который бы мне хотелось обсудить.
        Это близко идее, которую я разворачиваю последние несколько лет. Представим себе, что у нас есть ячейка - будущее завершающихся отношений. Но идея, которая выражена в слове фрактальность, говорит о том, что внутри этого завершения тоже есть начало, продолжение и конец. И тогда на самом деле мы можем заглянуть и в эту точку. Но там тоже есть начало, продолжение и конец, и т.д.

        Мы все знаем, что большинство отношений заканчиваются, хотя даже со смертью иные отношения продолжаются. Вопрос в том – из какой точки мы смотрим на эти отношения.
        Если здесь и сейчас я хочу, чтобы эта эпоха закончилась, я могу контейнировать это в виде того или иного образа или символа. Как только я это делаю, странным образом начинаются новые отношения с этим нечто. Это мне начинает нравиться, пугать, захватывать. Я думаю – не так уж это было и плохо! Что я могу с этим сделать?

        И отношения начинают продолжаться, просто, может, в другом виде, и в другую эпоху. То есть масштаб может на самом деле и в другую сторону фрактально разворачиваться.



        Напомню для тех, кто не знает, фрактал – это самоподобие. Мы можем увидеть, что возникают большие структуры, потом меньше, меньше и т.д.

        Как сказал Уильям Джеймс, которого принято считать отцом американской психологии, «черепахи до самого низа». Это парадокс.

        Участник:
        - Интересно, есть ли какие-то заведомые ограничения, когда вообще нельзя, не стоит использовать эту методику?
        Олег Шведовский:
        - Честно говоря, я не встречал ограничений с точки зрения подхода, в котором я работаю. Ведь мир устроен нелогичным образом, и любое наше взаимодействие связано с каким-то другим. В этом смысле это удобная методика для того, чтобы любую тему превращать в полевое исследование.

        Я бы сказал так: ограничение – это когда человек предлагает: «А можно, например, чтобы другой был тоже я?» У меня сразу возникают некоторые вопросы – иногда бывают психотические состояния, когда сложно рассчитывать на адекватность. Но принципиальных ограничений я не встречал. Надеюсь, что они и не появятся.
        Участник:
        - Можно ли применять «Коробку историй» для работы с детьми? У них специфическое нарративное мышление, которое с возрастом становится существенно лучше. Был ли такой опыт?
        Олег Шведовский:
        - Нет, у меня такого опыта с детьми не было, с подростками – да. Но где заканчивается детство? Для меня это вопрос способности ребенка работать в целом со своим жизненным пространством. Мы знаем, что у детей довольно скверно с этим обстоит дело. Их в основном волнует момент «здесь и теперь». Но если такая способность имеется, или терапевт своим присутствием раскрывает эту чудесную способность, вполне можно использовать «Коробку историй» для работы с детьми. Здесь есть сложность, что в какой-то момент приходится интеллектуально поддерживать всю конструкцию целиком.
        Участник:
        - Расскажите самый интересный, с вашей точки зрения, кейс с применением этой методики.
        Олег Шведовский:
        - Мне очень нравится одна история.
        Мы долго (полгода) работали с клиенткой. Одной из тем была работа с отношениями с коллегами и с начальством. Женщина давно хотела закончить свои рабочие отношения, но не знала, как это сделать.

        Мы работали не с образом компании, а с образом мира. В результате получился тотем в виде огромного, крепкого корабля с парусами, пушками и фигурой на носу. Когда мы обсуждали, как этот корабль величаво плывет в океане, эта немного полноватая серьезная дама даже почувствовала движение по волнам и разулыбалась. На следующем сеансе она рассказала о том, как она пришла увольняться к своему начальнику: «Я проплыла мимо коллег к нему в кабинет, и из всех орудий дала залп! И он не смог меня догнать, потому что его лодочка была очень маленькой»
        Это пример того, как «Коробка историй» может помочь в индивидуальной работе.

        В корпоративном секторе есть еще одна форма использования этой методики. Люди, работающие в одной компании, могут по-разному видеть свое профессиональное поле, и методика может помочь человеку посмотреть на него глазами своих коллег.
        Однажды я работал с 40 топ-менеджерами крупной строительной компании – здоровые мужики, бывшие прорабы, менты – все сплошь «мы не сидим сложа руки!» В результате работы у них появились очень интересные тотемы, которые можно условно разбить на кластеры:

        • Одна группа – это устойчивые образы и символы: гора, крепость, и пр.
        • Вторая группа – нечто прогрессивное: локомотив, Петр первый.
        • Третья группа – динамичное, но мягкое: типа растений или животных
        В результате обнаружилось, что наша работа положительно влияет на переговоры, совещания и другие рабочие моменты, связанные с коммуникациями. Люди даже начали говорить с использованием этих тотемов:
        - Ну да, нам не хватает стабильности, - говорит один и показывает пирамиду или гору.
        - Но если мы будем стоять на месте, как вы предлагаете, мы не сможем двигаться дальше!


        Так появляется язык, на котором коллеги могут говорить друг с другом. Это тоже может быть интересным в групповом контексте.

        Отклики
        - Я взаимодействовала с миром, и очень быстро столкнулась с тем, с чем сталкивалась не раз, когда мне нужно было очень быстро понять, как сориентироваться, поскольку в детстве мне взрослые были недоступны. Я чувствовала грусть, как будто снова туда попадаю - чужая, непринятая, «невстроенная».

        Но потом, когда все соединялось, у меня вылез очень интересный образ отношения с миром - образ человека, который ориентируется. Конечный итог – это стреляный воробей или битый, за которого семеро небитых дают. Для меня это очень интересно - поиск парадоксальных ответов на вопросы.
        Я немножко удивлена, потому что оказалось, что на самом деле я с миром в очень хороших отношениях, я знаю, как он устроен. Это любопытно.



        Иветта Павлова
        «По образованию я семейный психолог, занимаюсь психомоторной коррекцией детей. Телесно-ориентированная терапия мне тоже близка, а именно хакоми и то, что раньше называлось бодинамика.»
        Если говорить про вопросы идентичности, есть продолжение этой методики, которое называется компас замыслов. Вопрос хорошо или плохо, – это вопрос этики, и это всегда очень личный вопрос, потому что то, что для одного хорошо, для другого плохо. В этом смысле эта методика живет в несколько другом пространстве. Вопрос целостности является некоторой максимой, которая заложена в саму методику. Более того, целостности не личной, а целостности контакта – того, что мы назвали личностью контакта.

        Стреляный воробей – это не только вы, а вы в мире и с миром. В этом смысле целостность очень ресурсна. Тени и шрамы, которые есть у этого воробья точно также важны, как крылья и его размер. В этом смысле эта методика направлена в том числе на то, чтобы создавать такую цельность, в которой есть место не только радости и удивлению, но грусти и печали тоже, что очень важно. Это не позитивная психология Пезешкиана, например, в грубом изложении.
        - Очень интересно было рассматривать историю с парной, дуальной позиции: насколько образ, который я про себя придумала, задает второго. Я себя поймала на том, что у меня это очень автоматически происходило. Я спрашивала себя – действительно ли это так, и насколько влиятелен этот автоматизм, или, грубо говоря, стереотипы - Дед Мороз и детишки и пр.





        Олеся Симонова
        «Работаю с помощью разных приемов, в том числе, Эриксоновского гипноза, EMDR, но основываюсь на принципах нарративной практики. Мне кажется, что у меня есть принципиальная позиция, которая состоит в том, чтобы думать и смотреть на позицию человека, как нарративный практик. Хотя мне очень нравятся различные психотехнические штучки. Могу сказать, куда я только не лазила. Недавно услышала, что я работала, как КБТ – терапевт, хотя я не очень много про этот подход знаю.»
        Это уже больше про ценности и про принципы работы. С моей точки зрения, сама постановка вопроса – как правильно – это не психотехническая форма. Психотехнический вопрос немножко по-другому был бы структурирован.

        В чем здесь разница? То, как вы это делаете это сейчас, в каком-то смысле правильно, потому что по-другому вы поступить не можете. Или можете, но тогда это будет некоторым насилием над той формой, которая сейчас действует.

        Но динамика такова: если эту методику делать несколько раз (или заниматься вообще любой практикой, связанной с отношениями), то со временем вы обнаружите, что способ смотреть на отношения, который связан со стереотипом, будет постепенно уходить. На его место придет желание как-то иначе войти в контакт.
        Есть фраза, которая дополняет вашу идею: «Короля играет свита». На этой сцене, в драме этих отношений в каком-то смысле мы неизбежно собой вызываем что-то в другом. Пока мы действуем, исходя из стереотипа «Дед Мороз и дети», то, когда мы приходим куда-то, напяливаем бороду, достаем подарки, мы ожидаем, что дети будут вокруг нас танцевать, читать стихи на стульчике и т.д.

        Но Дед Мороз иногда бывает довольно грустным персонажем, потому что ему скучно, пока нет Нового года – приходится целый год сидеть дома, закупать подарки и все прочее. Как только мы это поймем, то обнаружим, что Деду Морозу нужен кто-то, кто его поддержит.

        Эта динамика опыта и динамика работы с отношениями - потенциал того, что можно делать с финальным тотемом. Его можно «танцевать», и когда вы начнете это делать, то обнаружите, что образ меняется – и ваш, и партнера.
        - Что мне очень импонирует вообще в историях – это то, когда история начинает сама создаваться, вроде бы независимо от желания. Иногда думаешь: «Нет, хочется не так!» Это «хочется не так» и чувство правды здесь не к тебе относится, оно действительно есть в этом пространстве. Это очень интересная штука, над которой интересно размышлять.
        Маргарита Ушакова
        «Я исследую психологию времени. Мне интересен квазиметрический подход. В данный момент мне также очень интересна нарративная практика.»
        - У меня удивительное ощущение. Прорабатывая свою «Коробку историй» я многое поняла про систему отношений. До отъезда в Испанию я думала, что вся эта система отношений и ожидания общества, в котором я живу, очень мешают мне быть такой, как бы мне хотелось. Я уехала, думаю – наконец свобода! Меня никто не знает, никому нет до меня дела, я могу действительно подумать, кем я хочу быть. Но выяснилось, что все эти связи, которые нас связывают иногда по рукам и ногам, на самом деле обеспечивают поддержку. Это не только как бы тюрьма, но еще и система поддержки.

        Дина Жужлева
        «Живу и работаю в Барселоне, онлайн учусь у Олеси с Леной. А вообще я закончила социальную кафедру факультета психологии и всегда работала социальным психологом, тренером. В Испании я член Ассоциации арт терапевтов и работаю арт-терапевтом в большой психиатрии. Плюс начала частную практику благодаря курсу Олеси»
        У меня сейчас двоится в глазах, фронтальность меня одолела - немножко дискретное ощущение! Не знаю, это мое личное или так подействовала методика. Но я себя ловлю на мысли – это здорово, мне пригодится!